ВОСТОЧНО-АМЕРИКАНСКАЯ ЕПАРХИЯ
Русской Православной Церкви Заграницей
РПЦЗ
Официальный сайт
Митрополит Иларион: "На моих глазах росла епархия"

Семнадцать лет подвизался отец Иларион в Троицком монастыре в Джорданвилле. Для многих насельников, семинаристов и паломников он был духовником, отцом и добрым наставником. Год 1984-й внеc в его жизнь кардинальные перемены – переезд в Нью-Йорк.

А если отмотать время на четверть века вперед, то уже архиепископ Иларион снова вернется ‒ теперь уже из Австралии ‒ в Нью-Йорк, где будет избран шестым Первоиерархом Русской Зарубежной Церкви.

Планировавшиеся на год 2020-й юбилейные мероприятия, приуроченные к 100-летию основания Русской Зарубежной Церкви, пришлось отменить из-за напавшего на планету коронавируса. И потому, в ожидании его прекращения и оживления активной церковной жизни, мы отматываем время назад. И наш Первоиерарх вспоминает служение на своей первой епископской кафедре – на Манхэттене.

‒ Для меня было большой неожиданностью мое избрание епископом. В течение пяти лет я учился в семинарии, 12 лет подвизался монахом. И тут ‒ постановление Архиерейского Синода послать меня в Нью-Йорк в помощь секретарю Синода.

Когда я приехал в Нью-Йорк, в городе, особенно в Гарлеме, многие дороги были разбиты, люди недавно бунтовали и поджигали дома. Наркотики на Таймс-сквер, хулиганы и грабители в метро, расписанные граффити вагоны – все это было классической картиной для Нью-Йорка восьмидесятых. Районы за пределами центральной части вообще были запущены.

Многое в любом городе зависит от мэра, и Нью-Йорк – не исключение. Так, основным пунктом программы мэра Эда Коча, который три раза переизбирался на этот пост, являлось соблюдение общественного порядка. При нем были отремонтированы дороги, наведен порядок на улицах, начала снижаться преступность. Все это помогло Нью-Йорку стать таким, каким его знает весь мир.

Хиротония моя была назначена на престольный праздник Знаменского собора ‒ Курско-Коренной иконы Божией Матери, 10 декабря 1984 года – в эти дни традиционно проходит заседание Архиерейского Синода. До меня в Знаменском Синодальном соборе проходило настолование трех Первоиерархов Зарубежной Церкви: митрополитов Филарета (Вознесенского), Виталия (Устинова), Лавра (Шкурлы).

Торжества начались накануне. Перед Всенощным бдением был совершен чин наречения. За молебном пели одни архиереи. В наречении приняли участие: митрополит Филарет, архиепископы Чикагско-Детройтский и Средне-Американский Серафим (Иванов), Лос-Анджелесский и Южно-Калифорнийский Антоний (Синкевич), Сиракузский и Троицкий Лавр, епископ Вашингтонский и Флоридский Григорий (Граббе). В понедельник, 10 декабря, на Литургию прибыли также архиепископ Монреальский и Канадский Виталий (Устинов), архиепископ Сиднейский и Австралийско-Новозеландский Павел (Павлов), епископ Берлинский и Германский Марк (Арндт), епископ Кливлендский Алипий (Гаманович).

За богослужением попеременно пели два хора – Синодальный под управлением А.Б. Ледковского и семинарский, в полном составе прибывший из Джорданвилля. Из Канады приехали мои отец и сестра.

Мне было нелегко оставлять монастырскую жизнь. Я также предполагал, как трудно мне будет приступить к новому послушанию. За годы пребывания в монастыре в Нью-Йорке я бывал всего два или три раза – приезжал вместе с архиепископом Аверкием.

Комнату мне дали на 4-м этаже, напротив лифта. А через некоторое время освободилось помещение на 3-м этаже, которое занимал книжный магазин. Со временем мне дали еще и канцелярию.

‒ Владыка, а как началась Ваша работа с сотрудниками Синода?

‒ Когда все разъехались, я приступил к ознакомлению с предстоящей работой. Епископ Григорий (Граббе) и его дочь и секретарь Анастасия Григорьевна вводили меня в курс дела.

С митрополитом Филаретом я работал меньше года, пересекались мы не часто. Владыка Филарет был духовным архиереем, молитвенником, добрым человеком. Он любил приглашать молодежь, беседовал с молодыми людьми на духовные темы и любил их за интерес к церковной жизни. Многие до сих пор вспоминают, как владыка Филарет повлиял на их дальнейшую жизнь.

Вместе служили мы тоже достаточно редко. По утрам в будние дни владыка часто ходил на службу, сидел на архиерейском месте. Бывало, что когда не было прислужников, сам на малом входе выносил свечу.

В 1985 году, в день памяти Архистратига Михаила, 21 ноября, владыка Филарет собирался на престольный праздник храма в Патерсоне, где тогда служил протоиерей Иоанн Легкий, но рано утром помощник митрополита протодиакон Никита Чакиров постучал в дверь и сказал, что владыка скончался.

‒ Кто еще из духовенства служил в те годы в Знаменском Синодальном соборе?

‒ В клире старшим служил архимандрит Геласий (Майборода), родом из села Низы на Харьковщине. По характеру он был человеком молчаливым, большим молитвенником. В раннем возрасте, оставшись без родителей, он поступил в Киево-Печерскую Лавру. После окончания войны эмигрировал в Германию, где служил при митрополите Анастасии. В 1950 году приехал в США и почти всю свою жизнь служил в Синоде. Скончался отец Геласий в 1994 году в возрасте 90 лет, похоронен в Джорданвилле.

По воскресеньям и праздникам на архиерейской службе служил его духовный сын – будущий архидиакон отец Евгений Бурбело, а потом к отцу Евгению присоединился диакон Николай Мохов.

‒ А с кем непосредственно Вы работали по административной части?

‒ В первые годы ‒ с епископом Григорием и секретарем Синода владыкой Лавром. Владыка Григорий (граф Георгий Граббе) был многолетним управделами Синодальной канцелярии, специалистом по каноническому праву и знатоком истории РПЦЗ. До переезда в Америку он трудился в канцелярии при митрополитах Антонии в Белграде и Анастасии – в Мюнхене.

Я заведовал в основном документацией на английском языке. Мне помогали молодой тогда переводчик чтец Исаак Ламбертсен, а также в секретариате Ксения Эндрес Xenia Endres. Она также работала одной из дежурных в Синодальном здании. Я диктовал ей письма, она проверяла и печатала. Потом Ксения вышла замуж, окончила университет и теперь она профессор английской литературы и является прихожанкой наших храмов на Лонг-Айленде.

Американец норвежского происхождения, чтец Исаак Ламбертсен был талантливым переводчиком и гимнографом. Он окончил Свято-Троицкую семинарию, а потом вместе со мной и нынешним епископом Лукой (Мурьянка) учился в Сиракузском университете.

Исаак переводил самые разнообразные документы. В том числе и документы, связанные с Мэйфильдским делом ‒ судебным процессом (1980-е годы), когда бывший в юрисдикции Американской митрополии приход перешел в Зарубежную Церковь. Нужно было переводить много исторических документов, и это помогло нам выиграть процесс.

За годы работы в Синоде Исаак переводил богослужения, перевел на английский язык 12 томов церковнослужебных Миней. Как гимнограф, он написал около 75 богослужений и акафистов. Только под конец жизни Исаак принял монашеский постриг с именем Иосиф в честь преподобного Иосифа Песнописца.

‒ Как вообще была устроена в те годы жизнь в Синодальном здании?

‒ Работали здесь в основном люди из старой эмиграции. Верным помощником митрополита Филарета был протодиакон Никита Чакиров. Владыка очень помог ему еще в их бытность в Китае, и с тех пор отец Никита стал для владыки – как сын, и отец Никита преданно ‒ 21 год ‒ служил митрополиту, переехав с ним из Австралии в Нью-Йорк.

Отец Никита был инициатором, создателем и главным работником Комитета русской молодежи. Он создал при Синоде издательство, которое выпускало красочные церковные календари, духовные книги и брошюры. Он также организовывал паломничества молодежи по святым местам Европы и на Святую Землю. Это были увлекательные поездки, во время которых по дороге на Святую Землю молодежь заезжала к мощам святителя Николая в Бари и святителя Спиридона Тримифунтского в Греции. Позже из этих паломников вышло немало молодых священнослужителей, регентов и матушек Зарубежной Церкви.

Отец Никита занимался поставкой в епархию церковной утвари, облачений. Много помогал нуждающимся, больным, нередко безо всякой просьбы с их стороны и иногда даже тайно. Мне отец Никита помог купить автомобиль – большой синий Oldsmobile. Мы на этой машине ездили с моим келейником (сам я почти целый год боялся в Нью-Йорке водить машину).

Когда владыка Филарет скончался, отец Никита некоторое время служил в Синоде, потом, уже серьезно больной, уехал в Австралию, где и скончался, пережив владыку Филарета меньше, чем на два года. В 2000 году отца Никиту перезахоронили на кладбище около Успенского храма в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле.

Постоянной прихожанкой Знаменского собора была княжна Вера Константиновна Романова, крестница императрицы Александры Феодоровны. В Нью-Йорк она приехала в 1951 году и жила в районе Мэдисон-авеню и 93-й улицы.

В храме ее высокую худощавую фигуру нельзя было не заметить. Прихожане отмечали ее доброту, чувство юмора и любили ее. С возрастом она стала чаще болеть и последние свои годы провела на Толстовской ферме, где и скончалась в возрасте 94-х лет.

Помню наших дежурных тех лет. Среди них ‒ Мария Подушкина и Ирина Головина, которая в будни по утрам также пела на клиросе. Дочь Марии Владимировны Подушкиной была актрисой в Буэнос-Айресе в Аргентине. Также работала у нас Нина Кротенко, в прошлом ‒ сотрудница ООН. Все эти дамы всегда отличались тем, что были элегантно одеты.

Недалеко от Синода жил водитель митрополита Анастасия ‒ Михаил Щербинин. Часто новые иммигранты, особенно молодежь, в первые свои годы в Нью-Йорке находили у него приют.

Каждый день у нас в Синоде был завтрак после литургии и обед в 12 часов дня. Многие годы Синод нанимал повара, обычно это были русские женщины.

‒ А как часто Вы посещали приходы?

‒ Сменивший митрополита Филарета владыка Виталий нередко уезжал в Канаду, а я, как его викарий, посещал все приходы Восточно-Американской епархии. Близкие к центру Нью-Йорка приходы всегда посещались чаще, но надо было добираться и до более отдаленых. А для таких поездок мне нужен был келейник-водитель. Тогда только что закончил семинарию Павел Иванов и он охотно принял мое предложение. За пять лет мы с ним объехали почти всю Америку, часто ездили на автомобиле во Флориду, Луизиану, на западе доезжали до Техаса, посещали те приходы, в которые до этого не приезжал ни один архиерей.

В те годы в Восточно-Американской епархии приходов было примерно двадцать пять. Постепенно открывались новые приходы; многие американцы принимали Православие и создавали свои миссии. На моих глазах росла епархия. Приятно было знакомиться с духовенством и прихожанами. Тогда было много пожилых священников, которые перехали в США из Европы. Многих я знал по монастырю, некоторые закончили Троицкую семинарию.

Когда Павел познакомился со своей будущей матушкой, моим новым помощником стал чтец Георгий Чемодаков. Сегодня он ‒ архиепископ Монреальский и Канадский Гавриил. С ним мы трудились в течение шести лет. Вместе ездили на молодежный съезд в Австралию, откуда Георгий был родом.

‒ Какие события того манхэттенского периода Вам особенно запомнились?

‒ Еще до 1000-летия Крещения Руси отец Никита Чакиров беспокоился, что владыка Филарет не доживет до этого юбилея и потому года за три до этой даты устроил большой концерт русской оркестровой музыки в гостинице в центре города, на котором присутствовало много гостей.

Лично я в бытность мою епископом Манхэттенским впервые в 1990 году приехал в Россию. За два месяца паломничества – июнь и июль – я посетил Валаам и С.-Петербург, Киев и Почаевскую лавру, где познакомился с наместником архимандритом Онуфрием, нынешним Предстоятелем Украинской Православной Церкви. Тогда же впервые я встретился со своими родственниками на Украине. У меня всегда было желание узнать больше о корнях нашей семьи, о своих двоюродных братьях и сестрах, и со временем мне удалось познакомиться с родными не только на Украине, но и в России.

‒ Владыка, какие люди из мирян Вам запомнились? В том числе и те, которым Вы помогали, когда они приехали в незнакомый для них Нью-Йорк?

‒ Когда Советский Союз распался, приезжие русские приходили в Синод и спрашивали, где можно покреститься и… где можно переночевать. В основном это были молодые люди, которые смогли выехать из страны и собирались начать в Америке новую жизнь. Большинство не знали английского и просили помочь в оформлении документов. Я им помогал с переводом, у меня была кипа папок с копиями их анкет. Кто-то из них остался в Америке, устроился здесь, женился, другие вернулись назад.

Некоторым мужчинам первое время давал жилье игумен Патрикий (Кенел), американец ирландского происхождения, который служил в часовне св. евангелиста Марка на 117-й улице.

Помню, как нынешний наш протоиерей Георгий Зеленин привел покреститься своего друга. В то время в Нью-Йорке проходили гастроли труппы с рок-оперой "Юнона и Авось" Juno and Avos, в котором он танцевал. Приходил в Синод и автор оперы – композитор Алексей Рыбников. Я тоже был на этом спектакле.

Георгий вернулся с группой в Россию, а осенью снова приехал и поступил учиться в Свято-Троицкую семинарию. Позже он познакомился со своей будущей матушей ‒ Инной, которая была балериной и танцевала у Михаила Барышникова.

Не могу не вспомнить известного композитора и дирижера Мстислава Ростроповича. Помню, как он приехал в Джорданвилль. Ему так все понравилось, что он загорелся купить поблизости дом.

Мы тогда прошли пешком от монастыря и вот ему понравилось одно из выставленных на продажу имуществ. Он в тот же день купил эту территорию, на которой построил новый дом и установил свои инициалы на воротах, а интерьер дома украсил картинами из своей коллекции. Но позже оказалось, что приезжать в этот дом у него не было времени.

‒ Кто стал Вашим преемником на кафедре в Манхэттене?

‒ В 1995 году меня послали правящим архиереем в Австралию. Моим викарием и епископом Брисбенским был избран епископ Гавриил. Однако в течение месяца оказалось, что одного архиерея в епархии достаточно, и владыка Гавриил вернулся в Нью-Йорк, где митрополит Виталий после моего отъезда остался без викарного епископа. Так владыка Гавриил был назначен епископом Манхэттенским, а я переехал на его родину и на 12 лет поселился в Сиднее, хотя и поныне продолжаю быть правящим архиереем Австралийской и Новозеландской епархии, при помощи викарного архиерея ‒ епископа Георгия Канберрского.

*  *  *

За время пребывания в сане епископа Манхэттенского, владыка Иларион много сделал для Знаменского Синодального собора и верующих. Постоянные прихожане вспоминают, что владыка "внес тишину, покой, порядок, согласие между прихожанами, стремление к молитве и создание в Синоде религиозной семьи".

Беседовала Татьяна Веселкина.

Приходы
Духовенство
СМИ
Ресурсы
Церковный календарь

   

СПИСОК ПРИХОДОВ

Восточно Американская Епархия| Русской Православной Церкви Заграницей